Коллекция Л’Этуаль «Лолита» – провокация или?..

Я могла бы начать с избитого «Ло-ли-та: кончик языка совершает путь в три шажка вниз по нёбу, чтобы на третьем толкнуться о зубы», но это уже и правда затёрто до пошлости. И вообще я совсем другие эпизоды из «Лолиты» вспоминаю в первую очередь, хотя именно детальное описание артикулирования имени героини всех так завораживает — в этом есть что-то от монологов Гришковца, когда тебе в красках рассказывают о каком-то совершенно банальном повседневном действии, и ты удивленно думаешь: о, надо же, это ведь и правда так происходит! Смысла, правда, в этом нет никакого, это не подталкивает к размышлениям или иной мыслительной работе, просто вызывает отклик. В этом, впрочем, и весь Набоков: форма для него важнее содержания, но форма настолько восхитительно отточена, что просто невозможно его критиковать. Ну вот таков он, да. Не всем же быть Толстыми (и хорошо, что не всем)!

Так, о чем это я? Ах да, у Л’Этуаль вышла этой весной коллекция макияжа «Лолита», посвященная знаменитому роману. Коллекция нежная, конфетно-розовая и...трагичная.

Кокетливые названия оттенков и романтичные розовые оттенки тревожно сочетаются с резкими алыми мазками, которыми написано слово «Лолита»; надломанные стебли роз в расплывающихся розовых пятнах, страдальчески перекошенные тени мужчины и женщины (или мальчика и девочки?), по призывно раскрытым губам расползается съедающая цвет серость. А для тех, кто может подумать, что все эти аллюзии — плод расстроенного воображения, на каждом из продуктов мелким быстрым подчерком подписана фраза из книги: «туман нежности обволакивал горы тоски», вызывающая даже у людей, не знакомых с сюжетом, безотчетную тревогу.

Начну, пожалуй, за здравие — покажу собственно косметические штучки. Коллекция без теней для меня и не коллекция вовсе, но здесь тени, к счастью, есть. Это два оттенка одиночных Confetti: сиреневый l’amour и золотисто-бежевый affection.

Золотистый хайлайтер в виде книжечки — оттенок naivete:

Свотчи на руке — тени и хайлайтер:

Бальзам для губ в конфетно-леденцовом оформлении: caramel de fraise, caramel de fruits rouge и caramel de framboise. Разницу между оттенками понять, если честно, трудно.

Свотчи на руке:

Кремовые румяна — вообще их так много сейчас выпускают, что я даже жалею о своей любви к сухим. Когда-то я обожала именно кремовые, но сейчас как-то остыла; пора это исправлять. Оттенки excitation и gene:

Свотчи на руке — как видите, румяна полупрозрачные, нежные:

Лаки для ногтей на этот раз в телесных оттенках — от нежной розовости кожи до насыщенных тонов слизистой:

Ну и какая же коллекция Л’Этуаль без аксессуаров! Частично «девочковые», частично женственные, с отсылками к эротике, боли и невинности: если вы пропустили эти намеки, рассматривая косметику, то тут уж абстрагироваться не удастся.

Ну а теперь я хочу поговорить о коллекции. Точнее, о «Лолите» и её уместности в коллекциях макияжа. Или нет, о романе в целом. В конце концов, тут же мог быть пятничный пост! Далее будут спойлеры романа, имейте в виду.

Я-то ведь, как блогер, получаю кроме самой коллекции ещё и пресс-релиз, так что имею возможность почитать, что создатели вкладывали в своё творение. Обычно вкратце излагалась какая-то концепция коллекции от лица представителей марки, но на этот раз релиз пугающе краток. А вся текстовая часть в нем принадлежит самому Набокову:

Я без иронии говорю «пугающе», потому что все выбранные фразы напоминают о трагическом сюжете романа, что создает мрачноватый контраст с нежными розовыми оттенками продуктов.

Знаете, когда я была подростком, моя учительница литературы сказала, что ей после «Лолиты» захотелось вымыть руки. Для неё это был крайне непристойный роман эротического содержания (странно, конечно, что её при этом не смущало наличие в школьной программе рассказов Бунина); но для меня он никогда таким не был. Даже когда я читала его в ранней юности. По-моему, даже самых легкомысленных любителей пикантных подробностей финал романа должен полностью отрезвлять.

Как вы видите из приведенных цитат, сам Набоков считает важным финальное раскаяние Гумберта Гумберта. Он любит Лолиту и не может ни простить себя, ни выносить осознание того, что он сделал. Вполне понятна реакция многих: «Жалеет он, видите ли, раскаивается! Кому от этого легче, чем он хоть на йоту исправляет уже совершившееся, необратимое?» Оно, конечно, так, но у меня всё внутри восстает против обесценивания искреннего раскаяния.

Получается, что если человек не может компенсировать страдания так, чтобы жертва почувствовала себя удовлетворенной, то всё это неважно. Но разве это разумно? Такой подход подталкивает к бессердечию, в конце концов. Твоё раскаяние и сожаление никому не нужны, можешь даже не утруждать себя осмыслением своих поступков, если ты сделал что-то действительно плохое.

Да, конечно, он должен был понести наказание не только морального плана, но и формальное, действенное. Тем не менее, заключение Гумберта Гумберта в тюрьму вряд ли может сравниться с теми страданиями, которые причиняло ему сознание, что он сломал жизнь любимой женщине. И его смерть достаточно явно показывает, что настоящий суд и казнь происходили всё это время внутри него.

Могу ли я оправдывать такого человека? Нет, конечно. Тот же Набоков в приведенных цитатах называет его «отвратительным и бессердечным», и в то же время говорит, что «в заключительной сцене Гумберт Гумберт — высокоморальный человек». Но мне кажется, что мы слишком увлекаемся структурированием, раскладывая по полочкам понятия, цели, жизненные позиции и людей в целом.

Это — жертва, а это — насильник.

Ну хорошо, всё верно. Только вот после этого мудрого вывода не возникает никакого желания думать, анализировать, обобщать и мучительно искать ответ в себе и людях.

И для меня эта коллекция скорее повод ещё раз покопаться в истории Лолиты, подумать и о жертвах, и о палачах, и о том, что можно сделать, когда зло, непоправимое зло, уже произошло, и что делать нужно. Так что я «за» — пусть будут подобные провокации, пусть производители косметики относятся к женщинам не только как к обожаемым балуемым клиентам, которых надо приятно щекотать в нужных местах.

В прошлом году я перечитывала биографию Марии-Антуанетты благодаря коллекции Л’Этуаль; может быть, в этом перечитаю «Лолиту». Грех жаловаться, право. Это едва ли не единственные примеры того, как косметика подтолкнула меня к мыслительной деятельности.

А что вы думаете о такой теме для коллекции?

upd.
Если вам интересно, что я думаю именно о книге "Лолита", то об этом я написала тут.

Facebook ВКонтакте Twitter YouTube Instagram